Концептуальные аспекты лечения артериальной гипертензии

Резюме

Артериальная гипертензия (АГ) обусловливает развитие более 60% инсультов и 50% случаев ишемической болезни сердца, из-за которых ежегодно в мире происходит около 9,4 млн смертей. Для снижения этого показателя необходимо определить значимые моменты выбора препаратов для проведения гипотензивной терапии в условиях реальной клинической практики у пациента с АГ и коморбидным статусом. Тщательный анализ коморбидности с оценкой "за" и "против" при назначении препаратов на длительный срок с пошаговой оценкой доказанных преимуществ гипотензивного лекарственного средства (ЛС) обеспечит согласованное и грамотное лечение АГ. В статье представлен вариант выбора ЛС при инициации терапии АГ, в том числе при наличии сопутствующей патологии (сахарный диабет, диабетическая нефропатия, нарушение функции печени цереброваскулярной патологии, последствиях инсульта). Отдельно подчеркнута необходимость учета фенотипа пациента с АГ и своевременного проведения коррекции гипотензивной терапии в каждом конкретном случае.

Ключевые слова:артериальная гипертензия, популяционная стратегия, артериальное давление, сердечно-сосудистые осложнения, смертность, коморбидность

Для цитирования: Золотовская И.А., Дупляков Д.В. Концептуальные аспекты лечения артериальной гипертензии // Кардиология: новости, мнения, обучение. 2019. Т. 7, № 4. С. 36-43. doi: 10.24411/2309-1908-2019-14005

Разработка новых популяционных стратегий, направленных на увеличение продолжительности жизни, - актуальная задача для систем здравоохранения во всем мире, включая Россию. Артериальная гипертензия (АГ) остается важнейшим фактором риска увеличения смертности от сердечно-сосудистых осложнений [1, 2]. Повышенное артериальное давление (АД), пожалуй, вносит самый большой вклад в глобальное бремя болезней, обусловливая развитие >60% инсультов и >50% случаев ишемической болезни сердца (ИБС), из-за которых в мире ежегодно происходит 9,4 млн смертей [3, 4]. Известно, что АГ среди всех факторов риска вносит наиболее значимый вклад в общую заболеваемость и смертность от сердечно-сосудистых заболеваний (ССЗ), болезней почек и сахарного диабета (СД) [5]. Более того, установлена прямая связь между наличием АД и внезапной смертью [6]. В целом в популяции АГ ассоциирована с многочисленными факторами: старением населения, поведенческими детерминантами, включая плохое питание, злоупотребление алкоголем, физическую инертность, избыточную массу тела и высокий уровень стресса [7].

Очевидно, что несмотря на все достижения фармакотерапии и широкое внедрение профилактических программ, лечение АГ в рамках комплексного подхода к пациенту будет становиться все более актуальным вопросом повседневной клинической практики. Данные отечественных исследований показывают, что 42,9% мужчин и 53,7% женщин, имеющих АГ и принимающих гипотензивные препараты, контролируют уровень АД [8]. Однако настораживает то, что значимая часть пациентов самостоятельно отменяет гипотензивные препараты [9, 10]. Недостаточный уровень контроля и стабильного достижения целевого АД можно объяснить различными причинами, и многие из них многофакторные [11].

Для лучшего понимания причин, влияющих на высокие риски развития неблагоприятных исходов у пациентов с АГ, следует определить значимые факторы в аспекте приоритетных подходов к гипотензивной терапии. Очевидно, что терапевтические подходы к коррекции АД важно рассматривать для разных возрастных групп, включая лиц пожилого и старческого возраста с учетом тех заболеваний и/или их сочетаний, которые могут отягощать течение АГ.

Наличие коморбидной патологии значимо отягощает прогноз пациента с АГ, более того, эффекты гипотензивной терапии не всегда предсказуемы на фоне сочетания множества лекарственных средств (ЛС), принимаемых в соответствии с протоколами лечения каждого заболевания в отдельности. В большинстве случаев мультиморбидная (наиболее часто употребляемый термин в зарубежной литературе) или коморбидная патология преимущественно представлена комбинацией из 2-3 нозологий: по данным исследования ЭССЕ-РФ, в российской популяции у одного пациента могут сочетаться до 6-8 болезней одновременно [12]. Коморбидная патология утяжеляет течение основного заболевания, приводит к изменению типичной клинической картины, становится причиной развития смертельных осложнений. Воздействие сочетанной патологии в последние годы изучается все активнее. Это обусловлено сложностью диагностики, выбора первоочередной стратегии лечения, тактики ведения коморбидных больных и профилактики осложнений сочетанных заболеваний. Коморбидность не только влияет на прогноз жизни, но и увеличивает вероятность летального исхода [13].

Руководство Американского колледжа кардиологии (АСС)/Американской ассоциации сердца (AHA) по гипертензии снизило порог нормального АД. Однако вопрос о том, как это обновленное руководство следует применять к населению в целом, все еще находится в стадии обсуждения и может зависеть от ряда причин. На фоне активного обсуждения достижения целевых уровней АД, что концептуально определяется позициями экспертного сообщества, необходимо определить значимые моменты выбора ЛС для гипотензивной терапии в условиях реальной клинической практики у пациента с АГ и коморбидным статусом (рис. 1).

Все имеющиеся в арсенале врача группы гипотензивных ЛС (диуретики, ингибиторы ангиотензин-превращающего фермента, блокаторы рецепторов ангиотензина II, антагонисты кальция длительного действия, β-адреноблокаторы, агонисты имидазолиновых рецепторов) в той или иной степени достигают эффекта снижения АД, включая широкие возможности их комбинаций. Однако к требованиям сегодняшнего дня в первую очередь можно отнести медикаментозную поддержку, направленную на защиту органов-мишеней в ранней профилактической стратегии у лиц с предгипертензией и при длительном анамнезе АГ у пациентов с коморбидной патологией. Так, курация пациентов АГ терапевтами и кардиологами с тщательной оценкой сопутствующей патологии и анализом противопоказаний к назначению различных препаратов обсуждалась в обзоре, представленном О.А. Конради еще в 2010 г. [14]. Однако данный вопрос актуален и сегодня. В опубликованном исследовании M. Ashworth и соавт. (2019) показано, что необходимо тщательно моделировать социальные детерминанты и факторы сердечно-сосудистого риска для оценки мультиморбидного статуса пациента, учитывая возраст, этническую принадлежность и социальную депривацию. Было отмечено, что понимание условий возникновения мультиморбидности и факторов сердечно-сосудистого риска может привести к разработке мероприятий, направленных на замедление прогрессирования мультиморбидности [15]. АГ, возраст, урбанизация, курение и СД связаны с повышенным риском развития заболеваний периферических артерий [16]. Известно, что АГ является основным фактором риска развития сердечной недостаточности (СН): оно запускает ремоделирование сердца и развитие гипертрофии левого желудочка, приводя к субклиническому поражению органов. В руководстве Американского колледжа кардиологии/Американской ассоциации сердца по профилактике, выявлению, оценке и управлению высоким АД у взрослых и показано влияние снижения АД на риски, связанные с развитием СН [17].

Но к самым неблагоприятным осложнениям АГ нужно отнести острые цереброваскулярные катастрофы [18].

Известно, что снижение АД эффективно предотвращает риски развития нежелательных событий и осложнений, включая инсульт [19]. Регулярный контроль АД настоятельно рекомендован в руководствах по первичной и вторичной профилактике инсульта [20]. Однако в последнее время в связи с установленной связью между высокой суточной варибельностью АД, развитием когнитивного дефицита и инсульта вопросы гипотензивной терапии рассматриваются в аспекте стабильного суточного профиля АД [21]. Особенно актуально это для лиц пожилого возраста вследствие ряда патофизиологических осложняющих механизмов, таких как вегетативные дисфункции и повышенная артериальная жесткость.

Еще один важный вопрос - особенности течения АГ в зависимости от пола. Так, в исследовании, проведенном японскими коллегами, в многофакторном логистическом регрессионном анализе совершенно четко показано, что уровень АД независимо ассоциирован с мужским полом и сердечно-лодыжечным сосудистым индексом как маркером субклинического атеросклероза [22]. В данное наблюдение были включены 1241 человек (699 мужчин и 542 женщины), полученные данные свидетельствовали о различиях между мужчинами и женщинами по уровню АД и позволили предположить, что оптимальная стратегия лечения АГ может зависеть не только от возраста, ожирения и СД, но и от пола. Данные отечественных исследований подтверждают, что есть ряд гендерных особенностей, связанных с сердечно-сосудистыми рисками, в частности мужской пол ассоциирован с курением и АГ уже в молодом возрасте [23]. Между тем вопросы гендерных различий в распространенности АГ и ее осложнений продолжают широко обсуждаться, особенно в возрастном аспекте. Последний крупный эпидемиологический обзор показал, что женщины с возрастом достигают более высокого уровня сердечно-сосудистых заболеваний, связанных с АГ, чем мужчины [24]. В исследовании, в котором приняли участие 61 585 мужчин и женщин >55 лет, показано, что после менопаузы частота развития АГ и связанных с ней сердечно-сосудистых заболеваний внезапно повышается, достигая и даже опережая заболеваемость у мужчин [25]. Более того, отмечено, что эффект антигипертензивных препаратов различен для женщин и мужчин. Имеется ряд причин, объясняющих гендерные различия контроля АД при лечении АГ. Они включают в том числе половые гормоны, особенности ренин-ангиотензин-альдостероновой системы и симпатической иннервации, а также артериальную жесткость. Настало время с момента инициации лечения АГ акцентировать внимание на гендерных особенностях как на основном дифференцированном подходе [26].

В отношении лечения АГ у пожилых также существует ряд особенностей, обозначенных в многочисленных исследованиях отечественных и зарубежных авторов, включая оценку функционального статуса пациента по данным комплексной гериатрической оценки [27, 28]. Однако при первичном выборе антигипертензивной терапии следует руководствоваться имеющимися сердечно-сосудистыми и/или сопутствующими заболеваниями, такими как СД и хроническая болезнь почек.

Тщательный анализ коморбидности с оценкой "за" и "против" при назначении препаратов на длительный срок и пошаговой оценкой доказанных преимуществ гипотензивного ЛС обеспечит согласованное и грамотное лечение АГ. Концептуальные аспекты лечения АГ в условиях реальной клинической практики при выборе гипотензивной терапии представлены на рис. 2.

Данная концепция объединяет популяционную стратегию, в основе которой лежит влияние на основное негативное последствие АГ - повреждение органов-мишеней, и индивидуальную, в основе которой учитываются немодифицируемые факторы - пол и возраст.

В клинической практике гипотензивные ЛС широко представлены оригинальными и дженериковыми вариантами. Бесспорно, имеющиеся гипотензивные препараты эффективны для снижения АД, причем в среднем одинаково эффективными считаются препараты первой линии: ингибиторы ангиотензин-превращающего фермента (иАПФ), блокаторы рецепторов ангиотензина, блокаторы кальциевых каналов и тиазидные диуретики. В большинстве случаев их органопротективные эффекты зависят от уровня снижения АД, однако для каждого класса имеются свои особенности - это лежит в основе популяционной стратегии выбора гипотензивного препарата. Концепция индивидуального подхода, являющаяся следующим шагом выбора гипотензивного препарата, строится на максимальной пользе от лечения, минимизации вреда и зависит от характеристик пациента и его фенотипа. Если это обобщение двух стратегий будет широко реализовано, то в условиях реальной клинической практики врач сможет намного легче ориентироваться в выборе гипотензивной терапии, где несколько классов препаратов первой линии имеют сходные средние эффекты снижения АД и каждый имеет общие побочные эффекты, препятствующие комплайентности.

В этой связи очень интересны результаты недавно инициированного исследования Precision HYpertenSIon Care (PHYSIC), направленного на выявление специфических для пациента различий в эффектах лечения кандесартаном, лизиноприлом, амлодипином и гидрохлоротиазидом при монотерапии с изучением наиболее перспективных предикторов снижения АД и побочных эффектов ЛС, а также для ранжирования пригодности классов препаратов для индивидуального снижения АД с конечной целью максимизации приверженности лечению [29]. В известном исследовании ALLHAT, изучавшем сердечно-сосудистые исходы у пациентов с высоким риском развития гипертензии, было показано преимущество хлорталидона по сравнению с лизиноприлом и амлодипином [30]. Однако при более позднем субанализе исследования ALLHAT было установлено, что лечение амлодипином независимо от уровня АД снижало риски развития СН, а лечение лизиноприлом ассоциировано со снижением рисков развития СН независимо от систолического АД, и это свидетельствовало об органопротективном эффекте данных молекул [31]. В одном из последних исследований показана эффективность комбинации иАПФ и блокатора кальциевых каналов у пациентов с АГ в отношении высокой приверженности в течение года лечения [32]. Эффекты амлодипина в отношении снижения сердечно-сосудистой смертности доказаны в больших слепых рандомизированных исследованиях и не вызывают сомнения [33]. С учетом того что и лизиноприл, и амлодипин обладают рядом доказанных органопротективных эффектов влияния на жесткие конечные точки, обоснованность их комбинации не вызывает сомнения с точки зрения популяционной концепции лечения АГ [34, 35].

Так, лизиноприл обладает ренопротекторным эффектом независимо от антигипертензивного эффекта и является препаратом выбора при диабетической нефропатии, микроальбуминурии, метаболическом синдроме, СД. Действуя на системную гормональную ренин-ангиотензин-альдостероновую систему и локальную почечную ренин-ангиотензиновую систему, лизиноприл оказывает собственный нефропротективный эффект: снижает образование цитокинов воспаления и радикалов кислорода, подавляет повреждение клеток и увеличивает их чувствительность к инсулину; замедляет развитие диабетической нефро- и ангиопатий; снижает протеинурию; предупреждает фиброз почек. Данный механизм всесторонне и подробно описан в обзоре Е.И. Асташкина и соавт. [36]. Более того, отличительной особенностью лизиноприла является то, что это активное вещество. При метаболизме оно не затрагивает ферментные системы печени, что важно при назначении гипотензивной терапии пациентам с сопутствующими заболеваниями. Отсутствие сульфгидрильной группы в структуре молекулы лизиноприла исключает ряд побочных эффектов, в частности нейтропении и протеинурии, его фармакокинетика существенно не изменяется при совместном назначении с лекарственными средствами, способными вытеснять другие препараты из связи с плазменными белками (например, сульфинпиразон, амиодарон и др.). Гипотензивный эффект лизиноприла сохраняется в течение 24 ч. В концепции индивидуальной стратегии описанные характеристики крайне важны. Совместный эффект лизиноприла и амлодипина демонстрирует их синергизм в отношении уменьшения общего периферического сосудистого сопротивления (амлодипин усиливает сосудистое воздействие лизиноприла вследствие блокады медленных кальциевых каналов гладкомышечных клеток), при этом лизиноприл уменьшает рефлекторно вызываемую амлодипином активацию ренин-ангиотензин-альдостероновой системы [37].

На сегодняшний день с учетом современных представлений о лечении АГ, концептуальных подходов, реализуемых на уровне практического врача, комбинацию амлодипин и лизиноприл следует рассматривать как вариант выбора при инициации терапии АГ, а также при сопутствующей патологии (СД, диабетическая нефропатия, нарушение функции печени, цереброваскулярная патология, последствия инсульта). Однако в каждом конкретном случае необходимо учитывать фенотип пациента с АГ и своевременно проводить коррекцию гипотензивной терапии.

В заключение необходимо отметить, что основные задачи по лечению АГ как одного из самых распространенных заболеваний могут быть выполнены на уровне амбулаторной практики, где врачи первичной медико-санитарной помощи должны:

1) взять на себя ответственность ранней инициации назначения антигипертензивной терапии пациентам с предгипертензией;

2) проводить выбор гипотензивного ЛС в соответствии с концептуальными аспектами лечения АГ как заболевания, а не только для достижения целевых уровней АД;

3) обучать пациентов самоконтролю АД, а также информировать их о важности его мониторинга. Показано, что постоянный контроль со стороны врача и/или медицинской сестры приводит к лучшему контролю АД у пациентов и повышает приверженность последних к гипотензивной терапии [38, 39]. Такой активный подход медицинских работников улучшает приверженность пациентов с АГ не только контролю АД, но и диете, физической активности вне зависимости от возраста, пола и социально-экономического статуса.

Конфликт интересов. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

Литература

1. Naghavi M., Abajobir A.A. et al. Global, regional, and national age-sex specifc mortality for 264 causes of death, 1980-2016: a systematic analysis for the Global Burden of Disease Study 2016 // Lancet. 2017. Vol. 390. P. 1151-1210.

2. Han H.R., Lee H., Commodore-Mensah Y., Kim M. Development and validation of the hypertension self-care profile: a practical tool to measure hypertension self-care // Eur.J. Cardiovasc. Nurs. 2014. Vol. 29. P. E11.

3. World Health Organization. Q&As on Hypertension, 2015. URL: www.who.int/features/qa/82/en/

4. Zipes D., Libby P. et al. Braunwald’s Heart Disease: A Textbook of Cardiovascular Medicine. 11th ed. Philadelphia: Elsevier, 2019.

5. Danaei G., Lu Y., Singh G.M. et al. Cardiovascular disease, chronic kidney disease, and diabetes mortality burden of cardiometabolic risk factors from 1980 to 2010: a comparative risk assessment. Global Burden of Metabolic Risk Factors for Chronic Diseases Collaboration // Lancet Diabetes Endocrinol. 2014. Vol. 2, N 8. P. 634-647. URL: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/24842598-cardiovascular-disease-chronic-kidney-disease-and-diabetes-mortality-burden-of-cardiometabolic-risk-factors-from-1980-to-2010-a-comparative-risk-assessment/. doi: 10.1016/S2213-8587(14)70102-0

6. Mannsverk J., Wilsgaard T. et al. Trends in modifable risk factors are associated with declining incidence of hospitalized and nonhospitalized acute coronary heart disease in a population // Circulation. 2016. Vol. 133. P. 74-81.

7. Motlagh S.F.Z., Chaman R., Sadeghi E., Eslami A.A. Self-care behaviors and related factors in hypertensive patients // Iran. Red Crescent Med.J. 2016. Vol. 18. Article ID e35805. URL: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/27621938-self-care-behaviors-and-related-factors-in-hypertensive-patients/. doi: 10.5812/ircmj.35805

8. Баланова Ю.А., Шальнова С.А., Имаева А.Э., Капустина А.В. и др. Распространенность артериальной гипертонии, охват лечением и его эффективность в российской федерации (данные наблюдательного исследования ЭССЕ-РФ-2) // Рациональная фармакотер. в кардиологии. 2019. Т. 15, № 4. С. 450-466.

9. Золотовская И.А., Дупляков Д.В., Зюзина Т.В., Давыдкин И.Л. Клинико-фармакологические детерминанты пациентов с артериальной гипертензией старше 60 лет в условиях реальной клинической практики: результаты наблюдательной программы ГРАНАТ // Кардиология: новости, мнения, обучение. 2019. Т. 7, № 1 (20). С. 31-39.

10. Золотовская И.А., Дупляков Д.В., Зюзина Т.В., Давыдкин И.Л. Депрескрайбинг антигипертензивной терапии у пациентов с артериальной гипертензией старше 60 лет (результаты наблюдательной программы "ГРАНАТ") // Артериальная гипертензия. 2019. Т. 25, № 3. С. 267-277.

11. Abel W.M., Joyner J.S., Cornelius J.B., Greer D.B. Self-care management strategies used by black women who self-report consistent adherence to antihypertensive medication // Patient Prefer. Adherence. 2017. Vol. 11. P. 1401-1412.

12. Концевая А.В., Шальнова С.А., Баланова Ю.А., Деев А.Д. идр. Качество жизни российской популяции по данным исследования ЭССЕ-РФ // Кардиоваскуляр. тер. и профилактика. 2016. Т. 15, № 5. С. 84-91.

13. Оганов Р.Г., Денисов И.Н., Симаненков В.И., Бакулин ИГ. и др. Коморбидная патология в клинической практике. Клинические рекомендации // Кардиоваскуляр. тер. и профилактика. 2017. Т. 16, № 6. С. 5-56.

14. Конради А.О. Основные проблемы лечения артериальной гипертензии у пациентов с коморбидностью // Сердце: журнал для практикующих врачей. 2010. Т. 9, № 1 (51). С. 37-41.

15. Ashworth M., Durbaba S., Whitney D., Crompton J. et al. Journey to multimorbidity: longitudinal analysis exploring cardiovascular risk factors and sociodemographic determinants in an urban setting // BMJ Open. 2019. Vol. 9, N 12. Article ID e031649. URL: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/31874873-journey-to-multimorbidity-longitudinal-analysis-exploring-cardiovascular-risk-factors-and-sociodemographic-determinants-in-an-urban-setting/. doi: 10.1136/bmjopen-2019-031649

16. Zhao Q.N., Wang C.X., Guan S.C., Liu H.J. et al. Prevalence characters of peripheral artery disease and associated factors among Beijing residents aged equal and above 35 years old // Zhonghua Xin Xue Guan Bing Za Zhi. 2019. Vol. 47, N 12. P. 10001004. URL: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/31877597-prevalence-characters-of-peripheral-artery-disease-and-associated-factors-among-beijing-residents-aged-equal-and-above-35-years-old/. doi: 10.3760/cma.j.issn.0253-3758.2019.12.010

17. Whelton P.K., Carey R.M., Aronow W.S., Casey D.E. et al.2017 ACC/AHA/AAPA/ABC/ACPM/AGS/APHA/ASH/ASPC/NMA/PCNA guideline for the prevention, detection, evaluation, and management of high blood pressure in adults. A Report of the American College of Cardiology/American Heart Association Task Force on Clinical Practice Guidelines // J. Am. Coll. Cardiol. 2018. Vol. 71. P. e127-e248.

18. Malmivaara A., Meretoja A., Peltola M., Numerato D. et al. Comparing ischaemic stroke in six European countries. The EuroHOPE register study // Eur.J. Neurol. 2015. Vol. 22. P. 284-291.

19. Pistoia F., Sacco S., Degan D., Tiseo C. et al. Hypertension and stroke: epidemiological aspects and clinical evaluation // High Blood Press. Cardiovasc. Prev. 2016. Vol. 23, N 1. P. 9-18. URL: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/26159677-hypertension-and-stroke-epidemiological-aspects-and-clinical-evaluation/. doi: 10.1007/s40292-015-0115-2

20. Kernan W.N., Ovbiagele B., Black H.R., Bravata D.M. et al.; American Heart Association Stroke Council, Council on Cardiovascular and Stroke Nursing, Council on Clinical Cardiology, and Council on Peripheral Vascular Disease. Guidelines for the prevention of stroke in patients with stroke and transient ischemic attack: a guideline for healthcare professionals from the American Heart Association/American Stroke Association // Stroke. 2014. Vol. 45. P. 2160-2236.

21. Matsumoto A., Satoh M., Kikuya M., Ohkubo T. et al. Dayto-day variability in home blood pressure is associated with cognitive decline: the Ohasama study // Hypertension. 2014. Vol. 63. P. 13331338.

22. Kamon T., Kaneko H., Itoh H., Kiriyama H. et al. Gender-specific association between the blood pressure category according to the updated ACC/AHA guidelines for hypertension and cardio-ankle vascular index: a community-based cohort study // J. Cardiol. 2019 Dec 21. pii: S0914-5087 (19)30337-5. URL: https://www.journal-of-cardiology.com/article/S0914-5087(19)30337-5/fulltext. doi: 10.1016/j.jjcc.2019.10.007

23. Кочергина А.М., Каретникова В.Н., Барбараш О.Л. Гендерные различия факторов кардиоваскулярного риска у пациентов разных возрастных групп (по данным исследования ЭССЕ-РФ) // Медицина в Кузбассе. 2016. Т. 15, № 1. С. 75-82.

24. Townsend N., Nichols M., Scarborough P., Rayner M. Cardiovascular disease in Europe 2015: epidemiological update // Eur. Heart J. 2015. Vol. 36. P. 26 73 - 2 6 74.

25. Ramirez L.A., Sullivan J.C. Sex differences in hypertension: where we have been and where we are going // Am.J. Hypertens. 2018 Oct 9.

26. Tadic M., Cuspidi C., Grassi G., Ivanovic B. Gender-specific therapeutic approach in arterial hypertension - Challenges ahead // Pharmacol. Res. 2019. Vol. 141. P. 181-188. URL: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/30584913-gender-specific-therapeutic-approach-in-arterial-hypertension-challenges-ahead/. doi: 10.1016/j.phrs.2018.12.021

27. Parekh N., Page A., Ali K., Davies K. et al. A practical approach to the pharmacological management of hypertension in older people // Ther. Adv. Drug Saf. 2017. Vol. 8, N 4. P. 117-132. URL: https://www.ncbi.nlm.nih.gov/pmc/articles/PMC5394506/. doi: 10.1177/2042098616682721

28. Лузина А.В., Ткачёва ОН., Рунихина Н.К. Антигипертензивная терапия у пациентки с синдромом старческой астении. клинический случай // Доктор.Ру. 2019. № 2 (157). С. 23-26. URL: https://journaldoctor.ru/catalog/kardiologiya/antigipertenzivnaya-terapiya/. doi: 10.31550/1727-2378-2019-157-2-23-26

29. Sundstrom J., Lind L., Nowrouzi S., Lytsy P. et al. The Precision HYpertenSIon Care (PHYSIC) study: a double-blind, randomized, repeated cross-over study // Ups.J. Med. Sci. 2019. Vol. 124, N 1. P. 51-58. URL: https://www.ncbi.nlm.nih.gov/pmc/articles/PMC6450492/. doi: 10.1080/03009734.2018.1498958

30. Davis B.R., Cutler J.A., Gordon D.J., Furberg C.D. et al. Rationale and design for the antihypertensive and lipid lowering treatment to prevent heart attack trial (ALLHAT). ALLHAT Research Group // Am.J. Hypertens. 1996. Vol. 9. P. 342-360.

31. Johnson K., Oparil S., Davis B.R., Tereshchenko L.G. Prevention of heart failure in hypertension-disentangling the role of evolving left ventricular hypertrophy and blood pressure lowering: the ALLHAT study // J. Am. Heart Assoc. 2019. Vol. 8, N 8. Article ID e011961. URL: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/30943832. doi: 10.1161/JAHA.119.011961

32. Simonyi G., Ferenci T., Finta E., Igaz I. et al. One-year persistence of fixed-dose combinations of angiotensin-converting enzyme inhibitor and calcium channel blocker in hypertensive patients // Orv. Hetil. 2019. Vol. 160, N 9. P. 343-348. URL: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/30798621. doi: 10.1556/650.2019.31355

33. Dahlof B., Sever P.S., Poulter N.R. et al. Prevention of cardiovascular events with an antihypertensive regimen of amlodipine adding perindopril as required versus atenolol adding bendroflumethiazide as required, in the Anglo-Scandinavian Cardiac Outcomes Trial-Blood Pressure Lowering Arm (ASCOT-BPLA): a multicentre randomised controlled trial // Lancet. 2005. Vol. 366. P. 895-906.

34. Павлова О.С., Ливенцева М.М., Коробко И.Ю., Калинина Т.В. и др. Преимущества использования комбинированного антигипертензивного препарата экватор в клинической практике // Кардиология в Беларуси. 2009. № 3 (4). С. 64-73.

35. Чазова И.Е., Ратова Л.Г., Недогода С.В., Лопатин Ю.М. и др. Применение фиксированной комбинации лизиноприла с амлодипи-ном у пациентов с артериальной гипертензией // Системные гипертензии. 2012. Т. 9, № 1. С. 14-17.

36. Асташкин Е.И., Глезер М.Г Механизмы комбинированного действия ингибиторов ангиотензин-превращающего фермента и антагонистов кальция при артериальной гипертонии. Кардиоваскулярная тер. и профилактика. 2013. Т. 12, № 3. С. 72-77.

37. Сушинский В.Э. Опыт клинического применения фиксированной комбинации ингибитора ангиотензинпревращающего фермента и антагониста кальция в лечении артериальной гипертензии // Мед. новости. 2016. № 2. С. 29-33.

38. Dymek J., Golda A., Polak W., Lisowski B. et al. Effect of education for hypertensive patients with correctly performed self-blood pressure monitoring (SBPM) // Pharmacy (Basel). 2019. Vol. 7. pii. E75.

39. Frieden T.R., Varghese C.V., Kishore S.P., Campbell N.R.C. et al. Scaling up effective treatment of hypertension - a pathfinder for universal health coverage // J. Clin. Hypertens 2019. Vol. 21. P. 14421449. URL: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/31544349-scaling-up-effective-treatment-of-hypertension-a-pathfinder-for-universal-health-coverage/. doi: 10.1111/jch.13655

References

1. Naghavi M., Abajobir A.A., et al. Global, regional, and national age-sex specifc mortality for 264 causes of death, 1980-2016: a systematic analysis for the Global Burden of Disease Study 2016. Lancet. 2017; 390: 1151-210.

2. Han H.R., Lee H., Commodore-Mensah Y., Kim M. Development and validation of the hypertension self-care profile: a practical tool to measure hypertension self-care. Eur J Cardiovasc Nurs. 2014; 29: E11.

3. World Health Organization. Q&As on Hypertension, 2015. URL: www.who.int/features/qa/82/en/

4. Zipes D., Libby P., et al. Braunwald’s heart disease: a textbook of cardiovascular medicine. 11th ed. Philadelphia: Elsevier, 2019.

5. Danaei G., Lu Y., Singh G.M., et al. Cardiovascular disease, chronic kidney disease, and diabetes mortality burden of cardiometabolic risk factors from 1980 to 2010: a comparative risk assessment. Global Burden of Metabolic Risk Factors for Chronic Diseases Collaboration. Lancet Diabetes Endocrinol. 2014; 2 (8): 634-47. URL: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/24842598-cardiovascular-disease-chronic-kidney-disease-and-diabetes-mortality-burden-of-cardiometabolic-risk-factors-from-1980-to-2010-a-comparative-risk-assessment/. doi: 10.1016/S2213-8587(14)70102-0

6. Mannsverk J., Wilsgaard T., et al. Trends in modifable risk factors are associated with declining incidence of hospitalized and nonhospitalized acute coronary heart disease in a population. Circulation. 2016; 133: 74-81.

7. Motlagh S.F.Z., Chaman R., Sadeghi E., Eslami A.A. Selfcare behaviors and related factors in hypertensive patients. Iran Red Crescent Med.J. 2016; 18: e35805. URL: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/27621938-self-care-behaviors-and-related-factors-in-hypertensive-patients/. doi: 10.5812/ircmj.35805

8. Balanova Yu.A., Shal’nova S.A., Imaeva A.E., Kapustina A.V., et al.; on behalf of ESSE-RF-2 Researchers. Prevalence, awareness, treatment and control of hypertension in russian federation (data of observational ESSE-RF-2 study). Ratsional’naya farmakoterapiya v kardiologii [Rational Pharmacotherapy in Cardiology]. 2019; 15 (4): 450-66. (in Russian)

9. Zolotovskaya I.A., Duplyakov D.V., Zyuzina T.V., Davydkin I.L. Clinical and pharmacological determinants of patients with hypertension older than 60 years in real clinical practice: results of the observation program GRANAT. Kardiologiya: novosti, mneniya, obuchenie [Cardiology: News, Opinions, Training]. 2019; 7 (1): 31-9. doi: 10.24411/2309-1908-2019-11004. (in Russian)

10. Zolotovskaya I.A., Duplyakov D.V., Zyuzina T.V., Davydkin I.L. Deprescribing of hypotensive therapy in hypertensive patients over 60 years (results of the program "GRANAT"). Arterial’naya gipertenziya [Arterial Hypertension]. 2019; 25 (3): 267-77. URL: https:// doi.org/10.18705/1607-419X-2019-25-3-267-277. (in Russian)

11. Abel W.M., Joyner J.S., Cornelius J.B., Greer D.B. Self-care management strategies used by black women who self-report consistent adherence to antihypertensive medication. Patient Prefer Adherence. 2017; 11: 1401-12.

12. Kontsevaya A.V., Shal’nova S.A., Balanova Y.A., et al. Life quality of the Russian population by the data from ESSE-RF study. Kardiovaskulyarnaya terapiya i profilaktika [Cardiovascular Therapy and Prevention]. 2016; 15 (5): 84-90. URL: https://doi. org/10.15829/1728-8800-2016-5-84-90. (in Russian)

13. Oganov R.G., Denisov I.N., Simanenkov V.I., Bakulin I.G., et al. Comorbidities in clinical practice. Algorithms for diagnostics and treatment. Kardiovaskulyarnaya terapiya i profilaktika [Cardiovascular Therapy and Prevention]. 2019; 18 (1): 5-66. URL: https://doi. org/10.15829/1728-8800-2019-1-5-66. (in Russian)

14. Conradi A.O. Main problems of treatment of arterial hypertension in patients with comorbidity Heart:journal for practitioners. Sertse [Heart]. 2010; 9 (1): 37-41. (in Russian)

15. Ashworth M., Durbaba S., Whitney D., Crompton J., et al. Journey to multimorbidity: longitudinal analysis exploring cardiovascular risk factors and sociodemographic determinants in an urban setting. BMJ Open. 2019; 9 (12): e031649. URL: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/31874873-journey-to-multimorbidity-longitudinal-analysis-exploring-cardiovascular-risk-factors-and-sociodemographic-determinants-in-an-urban-setting/. doi: 10.1136/bmjopen-2019-031649

16. Zhao Q.N., Wang C.X., Guan S.C., Liu H.J., et al. Prevalence characters of peripheral artery disease and associated factors among Beijing residents aged equal and above 35 years old. Zhonghua Xin Xue Guan Bing Za Zhi. 2019; 47 (12): 1000-4. URL: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/31877597-prevalence-characters-of-peripheral-artery-disease-and-associated-factors-among-beijing-residents-aged-equal-and-above-35-years-old/. doi: 10.3760/cma.j.issn.0253-3758.2019.12.010

17. Whelton P.K., Carey R.M., Aronow W.S., Casey D.E., et al. 2017 ACC/AHA/AAPA/ABC/ACPM/AGS/APHA/ASH/ASPC/NMA/PCNA guideline for the prevention, detection, evaluation, and management of high blood pressure in adults. A Report of the American College of Cardiology/American Heart Association Task Force on Clinical Practice Guidelines. J Am Coll Cardiol. 2018; 71: e127-248.

18. Malmivaara A., Meretoja A., Peltola M., Numerato D., et al. Comparing ischaemic stroke in six European countries. The EuroHOPE register study. Eur J Neurol. 2015; 22: 284-91.

19. Pistoia F., Sacco S., Degan D., Tiseo C., et al. Hypertension and stroke: epidemiological aspects and clinical evaluation. High Blood Press Cardiovasc Prev. 2016; 23 (1): 9-18. URL: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/26159677-hypertension-and-stroke-epidemiological-aspects-and-clinical-evaluation/. doi: 10.1007/s40292-015-0115-2

20. Kernan W.N., Ovbiagele B., Black H.R., Bravata D.M., et al.; American Heart Association Stroke Council, Council on Cardiovascular and Stroke Nursing, Council on Clinical Cardiology, and Council on Peripheral Vascular Disease. Guidelines for the prevention of stroke in patients with stroke and transient ischemic attack: a guideline for healthcare professionals from the American Heart Association/American Stroke Association. Stroke. 2014; 45: 2160-236.

21. Matsumoto A., Satoh M., Kikuya M., Ohkubo T., et al. Dayto-day variability in home blood pressure is associated with cognitive decline: the Ohasama study. Hypertension. 2014; 63: 1333-8.

22. Kamon T., Kaneko H., Itoh H., Kiriyama H., et al. Gender-specific association between the blood pressure category according to the updated ACC/AHA guidelines for hypertension and cardio-ankle vascular index: a community-based cohort study. J Cardiol 2019 Dec 21. pii: S0914-5087 (19)30337-5. URL: https://www.journal-of-cardiology.com/article/S0914-5087(19)30337-5/fulltext. doi: 10.1016/j.jjcc.2019.10.007

23. Kochergina A., Barbarash O., Karetnikova V. Gender specific differences of cardiovascular risk factors in different age groups. Meditsina v Kuzbasse [Medicine in Kuzbass]. 2016; 15 (1): 75-82. (in Russian)

24. Townsend N., Nichols M., Scarborough P., Rayner M. Cardiovascular disease in Europe 2015: epidemiological update. Eur Heart J. 2015; 36: 2673-4.

25. Ramirez L.A., Sullivan J.C. Sex differences in hypertension: where we have been and where we are going. Am J Hypertens. 2018 Oct 9.

26. Tadic M., Cuspidi C., Grassi G., Ivanovic B. Gender-specific therapeutic approach in arterial hypertension - Challenges ahead. Pharmacol Res. 2019; 141: 181-8. URL: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/30584913-gender-specific-therapeutic-approach-in-arterial-hypertension-challenges-ahead/. doi: 10.1016/j.phrs.2018.12.021

27. Parekh N., Page A., Ali K., Davies K., et al. A practical approach to the pharmacological management of hypertension in older people. Ther Adv Drug Saf. 2017; 8 (4): 117-32. URL: https://www.ncbi.nlm.nih.gov/pmc/articles/PMC5394506/. doi: 10.1177/2042098616682721

28. Luzina A.V., Tkacheva O.N., Runikhina N.K. Antihypertensive treatment for a female patient with frailty syndrome: a case report. Doctor.Ru. 2019; 2 (157): 23-6. (in Russian) URL: https://journaldoctor.ru/catalog/kardiologiya/antigipertenzivnaya-terapiya/. doi: 10.31550/1727-2378-2019-157-2-23-26

29. Sundstrom J., Lind L., Nowrouzi S., Lytsy P., et al. The Precision HYpertenSIon Care (PHYSIC) study: a double-blind, randomized, repeated cross-over study. Ups J Med Sci. 2019; 124 (1): 51-8 URL: https://www.ncbi.nlm.nih.gov/pmc/articles/PMC6450492/. doi: 10.1080/03009734.2018.1498958

30. Davis B.R., Cutler J.A., Gordon D.J., Furberg C.D., et al. Rationale and design for the antihypertensive and lipid lowering treatment to prevent heart attack trial (ALLHAT). ALLHAT Research Group. Am J Hypertens. 1996; 9: 342-60.

31. Johnson K., Oparil S., Davis B.R., Tereshchenko L.G. Prevention of heart failure in hypertension-disentangling the role of evolving left ventricular hypertrophy and blood pressure lowering: the ALLHAT study. J Am Heart Assoc. 2019; 8 (8): e011961. URL: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/30943832. doi: 10.1161/JAHA.119.011961

32. Simonyi G., Ferenci T., Finta E., Igaz I., et al. One-year persistence of fixed-dose combinations of angiotensin-converting enzyme inhibitor and calcium channel blocker in hypertensive patients. Orv Hetil. 2019; 160 (9): 343-8. URL: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/30798621. doi: 10.1556/650.2019.31355

33. Dahlof B., Sever P.S., Poulter N.R., et al. Prevention of cardiovascular events with an antihypertensive regimen of amlodipine adding perindopril as required versus atenolol adding bendroflumethiazide as required, in the Anglo-Scandinavian Cardiac Outcomes Trial-Blood Pressure Lowering Arm (ASCOT-BPLA): a multicentre randomised controlled trial. Lancet. 2005; 366: 895-906.

34. Pavlova O.S., Liventseva M.M., Korobko I.Yu., Kalinina T.V., et al. Advantages of using the combined antihypertensive drug equator in clinical practice. Kardiologia v Belarusii [Cardiology in Belarus]. 2009; 3 (4): 64-73. (in Russian)

35. Chazova I.E., Ratova L.G., Nedogoda S.V., Lopatin Yu.M., et al. Application of a fixed combination of lisinopril with amlodipine in patients with arterial hypertension. Sistemnye gipertenzii [Systemic Hypertension]. 2012; 9 (1): 14-7. (in Russian)

36. Astashkin E.I., Glezer M.G. Mechanisms of combined action of ace inhibitors and calcium antagonists in arterial hypertension. Kardiovaskulyarnaya terapiya i profilaktika [Cardiovascular Therapy and Prevention]. 2013; 12 (3): 72-7. URL: https://doi.org/10.15829/1728-8800-2013-3-72-77. (in Russian)

37. Sushynski V.E. Belarusian Medical Academy of Post-Graduate Education, Minsk, Belarus Experience of clinical administration of inhibitor fixed combination of angiotensine transforming enzyme and calcium antagonist in the treatment of arterial hypertension. Meditsinskie novosti [Medical News]. 2016; (2): 29-33. (in Russian)

38. Dymek J., Golda A., Polak W., Lisowski B., et al. Effect of education for hypertensive patients with correctly performed self-blood pressure monitoring (SBPM). Pharmacy (Basel). 2019; 7: pii. E75.

39. Frieden T.R., Varghese C.V., Kishore S.P., Campbell N.R.C., et al. Scaling up effective treatment of hypertension - a pathfinder for universal health coverage. J Clin Hypertens 2019; 21: 1442-9. URL: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/31544349-scaling-up-effective-treatment-of-hypertension-a-pathfinder-for-universal-health-coverage/. doi: 10.1111/jch.13655